preloder
Без категории

Всемирный конгресс татар: Фестиваль Jadid Fest еще раз доказал: Казани нужны новые площадки под татарские проекты

Много ли вы знаете о татарских фестивалей городской культуры? Пять лет назад появился первый и на сегодня единственный такой проект —  Jadid Fest. Как отмечает один из его неизменных организаторов Радиф Кашапов, фестиваль всегда был чем-то рисковым, потому что каждый год он был новаторским. Вдобавок ко всему в нем произошли такие изменения, которые вывели мероприятие на новый уровень.

Татары – это городской народ

В этом году фестиваль прошел в новость формате. Мероприятие увеличилось в масштабе с двух до шести дней. Изменилось и место проведение. Переехало с популярной площадки в никому неизвестное место. А самое главное, было посвящено важной, но неоправданно недооцененной теме – 270-летию Ново-татарской слободы.

бредить этими слободами. Было много проектов на эту тему. Чтобы спасти Айрата от выгорания я предложил посвятить Jadid Fest  270-летию Ново-татарской слободы, — рассказывает Радиф Кашапов.

Место же для проведения нынешнего фестиваля выбрали не сразу, в долгих спорах. Остановились на совершенно необычном, но хорошо символизирующем Ново-татарскую слободу – Меховом квартале на улице Гафури.

— Выбрали не самое известное, и не самое удобное по расположению место, зато теперь о нем знают еще больше людей, — говорит Кашапов.

Здесь проходили лекции, перфомансы, мастер-классы и встречи. Это место было отправной точкой для десятков проведенных экскурсий. Все активности фестиваля были посвящены Ново-татарской слободе. Идею организаторов высоко оценил и историк Дамир Исхаков.

— Мы наконец осознали, что татары – это не только переселенцы из сельской местности. Татары всегда вели городскую жизнь и в средневековье у нас были крупные города. Даже после уничтожения татарских ханств, в городах осталось татарское население, в том числе и в Казани. Эта культура населения, живущая в городской среде должна быть изучена. Фестиваль – это один из шагов по направлению освоения своего собственного городского пространства, — рассказал он.

Новое место для людей

Пятый из шести дней фестиваля оказался одним из самых насыщенных по своей программе. В этот день журналист KazanFirst Ляйсан Кадырова и отправилась в «меховушку», увидеть все своими глазами и стать частью этой суеты.

Оказалось, добраться до указанного места было не так уж и сложно, как думалось. Это 20 минут пешей прогулки или 10 минут езды на автобусе от театра Камала. Оказавшись в нужном месте, трудно догадаться, что это тоже Вахитовский район Казани, который принято считать самым туристическим и привлекательным.

Заходя в Мелиту, тоже не сразу понимаешь, что в глубине здания, есть большое историческое помещение, в котором-то и организовали фестиваль. В нем не так много людей, но каждый угол занят разными площадками.

— Айрат, вы не растеряли свою аудиторию, переехав в это место? — спросили мы у организатора Jadid Fest.

— Люди говорили, что это далеко, что они не знают этот район. Это и была наша цель – раскрутить это место. Это перспективная территория рядом с центром. Мы открываем ее для людей. В этом и была главная сложность, но мы ее преодолели, — ответил Файзрахманов.

Сравнив то как примерно такая же программа проходила в прошлом году в довольно компактной, но двухэтажной Смене (а это дизайн-маркет, фуд-корт, лекторий, мастер-классы для детей, Гыйлем-фест и другие), одноэтажный зал «меховушки» однозначно выигрывает. Здесь гораздо просторнее и дышится легче.

Нашлось место и для новых точек, например, столика с историческими книгами, газетами, журналами. Появилась фотовыставка и выставка картин, нарисованных специально к фестивалю. Солидное место заняла и ментальная карта слободы, которую также в специальном режиме создали студенты-архитекторы. Незатейливая композиция из камней (мечети), колючей проволоки (тюрьма),  и меха (меховая фабрика) точно передает содержание района и его промышленный, немного суровый дух. Специально для карты кузнец Ян Тинчурин выковал необычное изделие из арматуры – две буквы «ЯБ», что означает Яна бистэ (Новая слобода, — Ред.).

— Что будет с этими экспонатами после завершения фестиваля? Камни пристроить несложно, а куда девать эти металлические буквы? — спросили мы у Радифа Кашапова.

— Пока не знаем. Если кто-то захочет купить, то мы готовы это продать. Вывезти буквы стоит тысячу рублей, — ответил он.

Люди ещё не понимают, как современное сделать национальным

Одной из самых популярных частей Jadid Fest стали ежедневные экскурсии.

— Людей на экскурсиях было больше всего. На некоторые из них приходило в два раза больше людей, чем мы рассчитывали. Так было, например, когда мы ходили в музей Плетеневской тюрьмы. По некоторым кладбищам пришлось делать экскурсии по два раза, — отметил Файзрахманов.

На встрече еще до начала фестиваля его организаторы говорили про важность сохранения национальных годов во время создания новых построек в Ново-татарской слободе. Показать и рассказать о них на этих самых экскурсиях были все возможности.

— Видно, что слободу хотят переделать. А сейчас очень популярна идея того, что при строительстве чего-то нового нужно обязательно пользоваться некоторыми культурными кодами. Мне кажется, мы тоже вносим в это некие смыслы. Мы может, наконец к Волге вернемся. Чтобы вы понимали, вот отсюда (показывает на карте) раньше люди выезжали к Волге, Казань была волжским городом, — высказывает об этом мнение Кашапов.

На фестивале был представлен проект от студентов-архитекторов на тему того, как Ново-татарская слобода могла бы выглядеть в случае ее перестройки. На эскизах пока не заметны никакие культурные маркеры, этот момент спишем на то, что студенты еще не до конца осознают то, для чего они вообще нужны. Айрат Файзрахманов объяснял: чем больше историчности у места, чем больше там слоев культуры, тем выше капитализация территории и недвижимости.

Но зато впечатляет то, каким эту казалось бы богом забытую территорию видят архитекторы. Это напоминает Сингапур или Куала Лумпур.

— Пока это все фантазия. Но Ново-татарская слобода действительно могла бы стать восточными воротами Казани. Уже на следующий год в слободе будет благоустройство улицы Фаткуллина, которая станет выходом к Волге. Люди даже не догадываются, что совсем рядом с ними течет река, — говорит Кашапов, как бы отмечая, что перестройка слободы уже не за горами.

Нужны деньги и Ассоциация школьных музеев

Особое внимание на нынешнем фестивале было уделено теме школьных музеев. Айрат Файзрахманов одним из первых заметил, что зачастую эти музеи остаются в тени и не изучены, как следует. Эти проблемы разбирались на отдельном заседании «круглого стола». Его участниками стали представители казанских татарских гимназий номер 1, 2 и 15. В каждой из них есть свой музей. Оказалась, что подобная встреча по музейным делам была для них первой.

— У нас все  время говорят про городские музеи, но никогда не вспоминают о школьных, а в них хранится много интересного. Например, в гимназии №1 есть шлем булгарского воина. Никто об этом ведь даже не знает. Поэтому мы решили, что нужно создать особую музейную ассоциацию школьных музеев, — рассказал историк Дамир Исхаков.

По мнению ученого, основу ассоциации могли бы составить музеи татарских гимназий. Как только выработается некий опыт по их взаимодействию, в ассоциацию можно включать и другие школьные музеи.

Во время «круглого стола» обсуждалась еще одна проблема – отсутствие грантов для школьных музеев.

— Бедняги ходят, копейки собирают. На самом деле им и не нужны большие суммы. 200-300 тысяч, чтобы эти музейные коллекции работали. Министерство культуры и Министерство образования должны научиться выделять специальные гранты. Если ассоциация образуется и обратится во Всемирный конгресс татар, может, мы могли бы им помогать, особенно в татарских гимназиях, за которые мы отвечаем,- добавил ученый.

По рассказам нашего собеседника стало понятно, что на круглом столе обсуждался еще один острый вопрос. Вв музеях нет штатных единиц для их функционирования. Ведение музея – это дополнительная нагрузка учителей.

Ученый уверен, эти вопросы нельзя оставлять без разрешения. Музеи включены в образовательный процесс. Они учат истории, культуре, языку.

Подводя итоги

Историко-краеведческий фестиваль удался. Вокруг события образовался круг тех, кому правда не все равно на сохранение исторической ценности промышленной слободы, в которой жили и работали татары.

— У нас не было цели, чтобы люди сразу стали такими краеведами. Этот район как был рабочим, так им и останется. По крайней мере, люди узнают историю этого места, его особенности. У меня был шок, когда к нам пришла одна апа и сказала, что училась в одной школе. Я говорю, это же Белая мечеть. Она так удивленно спросила: это была мечеть? Она была без минарета.  Всю свою жизнь она не знала об этом, — делится своими воспоминаниями от прошедшего фестиваля Радиф Кашапов.

Айрат Файзрахманов отмечает, что новый формат и новый масштаб Jadid Fest дались нелегко, но они не собираются останавливаться.

— Есть планы по проведению научных конференций по 270-летию слободы, будем координировать работу школьных музеев, собирать воспоминания жителей слободы, делать медийный проект по татарским слободам Казани, а потом и России. Мы горим этой идеей, — рассказал собеседник.

Успех и новый уровень проведения фестиваля еще раз доказывает необходимость отдельного здания, где все татарские проекты жили бы под одной крышей.

— Мы можем каждую неделю проводить здесь по мероприятию как Jadid Fest. Когда в Казань приезжают люди из районов, они видят татарскую культуру только в театрах и в мечетях. Возможно, те,  у кого чувство татарскости развито высоко, они не смогли бы не прийти и на наши мероприятия. Иначе люди, сталкиваясь с глобализацией, забывают о своей национальности, о языке. Не потому что они такие неспособные люди, а, потому что пространства, в котором можно было бы выражать свою принадлежность к нации и говорить на родном языке практически нет,- заключил Файзрахманов.